Версия для слабовидящих: Вкл Обычная версия сайта Изображения: Включить изображения Выключить изображения Размер шрифта: A A A Цветовая схема: A A A A
16 октября 2021

Юрий Грымов безжалостно обвинил Петра I в бедах России

Записаться

Трилогия Дмитрия Мережковского «Христос и Антихрист» (прежде всего, её венец — роман «Антихрист: Пётр и Алексей») захватила умы современных театральных деятелей. Произведение, завершённое Мережковским в 1905 году, оказалось необычайно актуальным в наши дни. После премьеры спектакля «Пётр Первый» В. Драгунова в Малом театре, свою интерпретацию тех же событий предложил худрук театра «Модерн» Юрий Грымов.

Хотя сам автор «взял в соавторы» не Дмитрия Мережковского, а «красного графа» А.Н. Толстого, автора эпопеи «Пётр Первый», но влияние упомянутого произведения на литературную основу очевидно.

Отношения отца и сына, на которых сосредоточился Владимир Драгунов, в меньшей степени представляли интерес для Юрия Грымова. Незаметна в его постановке и личность злого гения Петра Андреевича Толстого, которому история отвела незавидную роль подстрекателя царя к детоубийству. Постановка «Модерна» исследует взаимоотношения власти и народа в России сквозь века и рассматривает вековое влияние западноевропейской политики на русские беды.

В центре внимания — личность Петра Первого. воплощённого на сцене Юрием Анпилоговым. Это нервный, чудаковатый, подчёркнуто нездоровый и грубый самодур, прихрамывающий как истинный слуга дьявола. Он подчиняет своё правление идее изменить русский народ, насильничает над ним, топит инакомыслящих в крови и принимает на себя всю ответственность за происходящее.

Россия для царя — это не русский народ, и даже не семейная вотчина; это экспериментальная площадка, над проектом которой он трудился с другом-швейцарцем Францем Лефортом. Ради своей идеи он расправляется с членами своей семьи, войсками, вельможами, монахами, крестьянами, и уверен, что ведёт народ по верному пути. Но этот путь — путь Дьявола, а сам Пётр — Антихрист, слуга его.

Юрий Грымов не скупится на красноречивые визуальные и звуковые эффекты, чтобы дать прочувствовать зрителю весь ужас петровских деяний. Решение каждой сцены содержит напоминание о цене послушания царю. С начала и до конца спектакля на сцене будут появляться висельницы, кресты, искажённые страданием лица; неумолимая стихия, действо будет происходить во тьме и скудно освещаться, привлекая внимание зрителя к скорбным монологам. Трудно было найти лучшее сценическое воплощение злодеяния и его последствий.

Силён Пётр Первый у Грымова, и нет напротив него сильного оппонента. Трепещет Агнец — царевич Алексей (Владислав Свиридов), не решаясь открыто противодействовать царю, сгубившему его мать, губящему его жизнь и весь народ. Он знает, что силы неравны, ведь за отцом его стоит сам Дьявол. Решит Бог сделать царевича слугой своим — он вернёт радость и покой на Руси. Но не решил…

Даже главный оппонент Петра — Варлаам (Александр Борисов), произносит свой смелый обличительный монолог без пыла и жара, лишь исполняя свой долг. «Должен же кто-то сказать тебе правду!», — говорит он, истекая кровью. Нет ещё силы на этой стороне, некому прекратить страдания русского народа.

Безжалостен Юрий Грымов к своему герою — царю Петру. Не даёт он ему шанса оправдаться ни иноземным влиянием, которое присутствует в спектакле виде шаржа, ни искуплением в виде гибели потомков. Молится царь, осознаёт беду, но не приходит к необходимому покаянию, возлагая ответственность на Бога, попустившего детоубийство.

Иностранцы не понимают русских, но они и не должны их понимать. Пётр настойчиво зовёт их в чужую страну, которая вызывает у них лишь отторжение и неприятие. И встречают они здесь ту же дикость самовластья, и страдают от неё, как и русские. К национальным порокам немцев, которые они сохраняют на русской службе, лишь добавляется русская быль.

Совершенно прав Юрий Грымов, когда говорит о навязывании народу чуждой политики как минимум со времён царя-реформатора, продолжающемся до наших дней. Справедливо ставит он вопрос о том, что власть хочет править дикими методами, требуя от народа некоей цивилизации по западному образцу. Мудро повторяет он мысль, что ответит за злодейства властей русский народ, но не даёт решения, как изменить вековое положение дел.

Мрачен спектакль «Пётр Первый» в «Модерне», мрачны выводы его. Это, пожалуй, основной недостаток правильно поставленной творческой задачи.

Четыре века минуло со смерти царя Петра. Сто лет прошло с момента создания произведения. Может быть, настало время предложить формулу выхода из сложившихся отношений власть-народ? Отношений, которые приносят несчастья как власти, так и народу.

Автор Наталья Гопаненко

Источник

Контакты Москва, Спартаковская площадь, 9/1
м. «Бауманская»
Есть платные и бесплатные парковочные места
тел: +7 (499) 261-36-89
e-mail: tz@modern-theatre.ru
«Увидимся в театре!»
Юрий Грымов
arrow-up