Записаться

«Человек с глазами Моцарта» - особенная для меня работа: интервью с актрисой Надеждой Меньшовой

Читайте большое интервью актрисы театра Надежды Меньшовой порталу "Teatr to go": о роли в спектале "Человек с глазами Моцарта", театральных проектах и работе с режиссером Юрием Грымовым.

"Надежда Меньшова, актриса московского театра «Модерн» — обаятельная, женственная, располагающая к себе с первых минут общения. Она обладает удивительным талантом нести врожденную глубинную интеллигентность скромно и с достоинством. Ее преданность родному театру восхищает: в «Модерне» актриса служит уже более двадцати лет и не устает благодарить судьбу за встречу с этим театром и людьми.

В недавнем премьерном спектакле «Человек с глазами Моцарта» Надежда сыграла главную роль, воплотив на сцене судьбу многих русских женщин, переживших военное лихолетье. Сыграла страстно, мощно и трепетно, до слез.

... Скоро четверть века, как Вы служите в «Модерне». Вы такой устойчивый человек по-характеру?

- Устойчивый человек, это точно. Были всякие разные ситуации в жизни, как у каждого человека, но я прямо умираю, когда мне надо что-то менять.

Как изменился театр с приходом Юрия Грымова?

- Поначалу мы все, конечно, боялись. До этого я только фильмы его смотрела. Мой любимый фильм Юрия Грымова — «Коллекционер». И я подумала: «Может быть, что-то похожее будет, такое же понимание, ведь он видит и чувствует так тонко». Но все равно страшно было: все понимали, что это «новая метла» и не знали, что с нами всеми будет. Откровенно говоря, многие думали, что Грымов приведет своих артистов, и нас всех уволят.

Потом началась наша первая работа с Юрием Вячеславовичем над спектаклем «О, дивный, новый мир». И наш первый шок: было так страшно, а вдруг становится так интересно! Этот человек оказался настолько яростным в работе, настолько стихийным, а мы от такого отвыкли. До этого мы как-то мало работали, бывало, что спектакль семь лет выпускали. Растренированные мы были, а тут вдруг: «Давайте то, давайте это!». И все так заразились! Юрий Вячеславович ведь просто «зверь» в работе. За первый же год «совместной жизни» мы выпустили «О, дивный новый мир», «Матрешки на округлости Земли», «Юлий Цезарь», «Затерянный мир» и «На дне». И это всего лишь за год!

Я сначала переживала немного, думала: «Я вот такая уже артистка, а в заднем ряду в массовке стою в «Дивном мире»…». И все равно, мне очень нравилось, я очень старалась. Я надеялась, что Юрий Вячеславович меня заметит, хотя бы слова какие-то даст. Он же никак на меня не реагировал, и мы познакомились с ним позже, в работе над спектаклем «Матрешки на округлости Земли».

Давайте поговорим о новом спектакле, который вышел 17 сентября: «Человек с глазами Моцарта». У Вас там одна из главных ролей, я бы так сказала, потому что мне кажется, что главных героев там несколько, несмотря на то, что название спектакля предполагает вполне конкретного протагониста.

 - Это спектакль обо всех нас. Меня больше всех на сцене, может быть, поэтому я выступаю, как главная героиня. Написала пьесу молодой драматург Марина Сулчани, и у нее она очень неоднозначная, даже более жесткая, чем наш спектакль. У нее жестче, например, финал. Мы с Юрием Вячеславовичем волновались, нужно ли финал оставлять таким. И до сих пор сомневаемся.

Я не знаю, имел ли в виду Юрий Вячеславович такое понимание, но лично у меня немец Курт не вызвал отторжения. Скорее симпатию, потому что он в силу своей любви к Надежде стал ближе к нам. Момент, где он склонился над фотографиями так по-домашнему, в майке, и так ласково сказал: «Надюша!», получился теплый, почти семейный.

- Именно так и хотели! Юрий Вячеславович нам говорил: «Это семья!», и мы искали во время репетиции, как решить сцену так, чтобы появилось ощущение семьи.

Мне показалось, что Надежда поняла, как она любит мужа только, когда его рядом не стало. До войны она к нему относилась довольно обыденно, он не казался таким уж положительным, пил. Теперь же она вспоминает каждую его оспинку, и, похоже, за своей женской тоской не замечает любви Курта.

- Она больше это инстинктивно чувствует, чем понимает. Курт выкладывает перед ней ворох ее фотографий, это же, как признание в любви. Мы хотели показать, что в этот момент Надежда понимает его интерес к ней.

По-моему, объяснение тут простое — это, как если руку отрежут — пусть она болела, чесалась, но без нее как? Надежда не просто сошла с ума от потери близкого человека, с ней начинают происходить вещи, не свойственные ей в мирной жизни. Например, к концу она говорит: «Давай поговорим! Расскажи мне», а ведь такие слова, как мне кажется, может сказать человек более тонкий, более образованный, развитый. Что такое для деревенской тетки: «Давай поговорим!»? Через это она стала как-будто бы в женщину превращаться. Раньше что было? Муж пил, в грязных сапогах приходил, она за ним терла. И только теперь пришло осознание, что и это была любовь.


Фотограф Инара Ибрагимова

Если читать мемуары актеров прошлого, то можно узнать, как они готовились к роли: медленно пешком шли по городу, помахивая тростью, бубнили роль под нос, за несколько часов до спектакля приходили в театр, долго гримировались. Как это сейчас происходит, в наше реактивное время?

- Сейчас с тростью уже не прогуляешься от метро Коломенская до Бауманской (смеется). Щепкинское училище — это старая школа, у нас были прекрасные педагоги, и они нас учили всегда, что нельзя в театр прийти в домашних тапочках, театр — это храм. Нам говорили: «Не важно, в какой театр ты придешь, важно, каким ты придешь». Настраиваться на спектакль нужно обязательно. Юрий Мефодьевич Соломин рассказывал своим студентам: «Я с утра встал, я умываюсь, и я уже — дядя Ваня».

Я обычно начинаю настраиваться накануне.

Вот «Человек с глазами Моцарта» — это особенная для меня работа. Подобных ролей у меня не было никогда. У каждого актера ведь есть свое амплуа. Я даже предполагать не могла, что такой материал мне когда-нибудь достанется. Я никогда не думала, что я про любовь вообще умею (смеется). Я характерная артистка, у меня больше было комедий. Так что, эта роль — только благодаря Грымову: как он со мной сквозь это прошел, как мы вместе прошли через эту работу. Может это высокие слова, но он дал мне возможность расправить крылья в профессии. На сегодняшний день я ничего не сделала лучше, глубже и сложнее, чем эта роль. Настраиваясь на нее, я на Людмилу Чурсину смотрела в фильме «Журавушка», на Элину Быстрицкую. Юрий Вячеславович хотел, чтобы на сцене была женщина, настоящая женственность.

Как вообще живется в театре с Юрием Вячеславовичем?

- Это человек, влюбленный в театр, влюбленный в актеров. Он относится к нам, как к близким людям. Мне такое отношение прямо в сердце попало. Он о нас заботится, волнуется, ему интересно, что и как у кого в жизни. Он на съемки отпускает всегда, без проблем. Многие коллеги из других театров рассказывают, что им приходится романы сочинять, чтобы на съемки отпроситься. Нам достаточно подойти к завтруппой и сказать, что в такой-то день съемка.

Он не ругает никогда. Может подойти и сказать: «Ну очень плохо!», но это в личном звонке или разговоре, так, чтобы, не дай Бог, не прилюдно.  Самый лучший худрук и самый лучший режиссер. Мне кажется, самое главное для нас, актеров — просто его беречь.

Дарья Евдочук

Полное интервью читайте по ссылке

Ближайшие показы спектакля "Человек с глазами Моцарта": 3 и 28 октября!

Мы в соцсетях:
Поделиться:

Уважаемые зрители!

В нашем театре принят умеренный дресс-код: допустим нестрогий костюм, классические джинсы, полувечерние платья (стиль smart casual), after five (одежда после пяти).


Просим Вас воздержаться от одежды и обуви спортивного стиля, футболок и маек, а также исключить шорты.


Пусть вечер, проведенный в «Модерне», станет для Вас особенным! Увидимся в театре!

 
«Увидимся в театре!»
Юрий Грымов
arrow-up