Штирлиц — история про день сегодняшний

Программа юбилейного, XXXV Международного фестиваля искусств «Славянский базар в Витебске», кроме всего прочего, снова подарила витебчанам и гостям праздника любимые «Театральные встречи». Открыл их в этом году спектакль Московского драматического театра «Модерн» «Война и мир» в постановке художественного руководителя коллектива, известного российского режиссера Юрия Грымова. За кулисами праздника мы пообщались с Юрием Вячеславовичем. Разговор начался с концепции самого спектакля.

Донести мысль

— Мне как-то совсем не интересна Наташа Ростова, — признался режиссер. — Она в романе жертва, совсем девочка. Для меня центральной фигурой и в романе, и в нашем спектакле является Пьер Безухов, который проходит путь от масона, западника и члена тайного общества до абсолютного патриота России на фоне войны и всех существующих проблем. Это мой путь. Пьер Безухов — это я.

— В процессе работы вы смотрели спектакли, которые были созданы по этому роману ранее Петром Фоменко или Римасом Туминасом?

— Нет, я не хочу чужого влияния. Я абстрагируюсь от всех интерпретаций. Иначе мне это будет мешать. Хотя, если говорить о Петре Фоменко, он изменил мое отношение к театру, который я никогда не любил. Я приходил туда, и мне всегда было скучно, а Петр Наумович эту ситуацию изменил. Я бывал у него и дома, и на репетициях. Правда, у меня перед ним есть один грех: он никого не пускал к себе на репетицию, но меня однажды пригласил, а я не пошел. Уже не помню почему. Сейчас мне была бы интересна его оценка спектакля, потому что Петр Наумович всегда был правдив и конструктивен. У меня в картинах снимались практически все актеры его театра.

— В чем главная сложность переноса такого огромного произведения, как «Война и мир», на сцену?

— Сложность всегда одна и та же — и неважно, огромное это произведение и совершеннейшая икона русской литературы, как у Толстого, написавшего четыре тома, или совсем маленькое, — донести главную мысль. В данном случае то, как Пьер превращается в Петра Кирилловича.

Художник всегда одинок

— Видел в ваших соцсетях, что по дороге в Витебск вы читали книгу легендарного театрального режиссера Александра Таирова. Какие уроки извлекли из трагической судьбы этого человека?

— Я не думаю, что нужно делать какие-то специальные выводы, читая о художнике или режиссере. Все художники похожи друг на друга. Если ты художник, то все равно будешь одиноким человеком. У тебя всегда есть проблемы, которые должен решать только ты. Художник не всегда может вписаться в систему. Таиров пишет о том, что он так же, как и я, не понимает, что такое натуралистический или натуральный театр. А разве бывает еще какой-то? Зрители сидят в зале, на сцене артисты что-то изображают. И в этом уже есть ложь. Когда говорят, что собака на сцене — это натурально, я не согласен. Для меня это именно собака на сцене, и она не может быть мерилом художественной правды. Иногда говорят, будем играть как в жизни: шмыгать носом, материться, нас будет плохо видно и слышно. Но мне кажется, идти таким путем гораздо легче. Сложнее создать именно художественный театр, за который я выступаю. Так же, как и за художественное кино, которого сегодня практически не осталось. Кинематограф как искусство исчезает. Он появился в ХХ веке и в нем остался. А театр как существовал много веков назад, так существует и сегодня.

— Можете сказать про себя, что вы режиссер, который вписался в систему?

— Не думаю. Но я ее, конечно, слышу и всегда готов сотрудничать. Считаю, что встреч, обсуждений и круглых столов в Департаменте культуры Москвы должно быть больше. С практиками театра происходит мало диалога и консультаций. Уже десять лет я руковожу большим государственным театром. У меня есть маркетинговый опыт, я понимаю инструментарий театра и продаж. Если раньше театр начинался с вешалки, то сейчас он начинается с сайта. Есть сайты, на которые я захожу и реально не понимаю, как купить билет и куда нужно нажать. Люди, которые делают такие слепые сайты, до конца просто не понимают, что сайт — это первое знакомство зрителя с вашим коллективом. Ценообразование, прямая и непрямая реклама — это инструменты, которые сейчас, по большому счету в российском театре, хаотичны. 10 лет театр «Модерн» показывает 32 спектакля в месяц, и все они проходят с аншлагами. Средняя заполняемость зала ежедневно — 94 %. Это очень много при цене билета до 17 тысяч. За 10 лет работы я ни разу не пожалел, что стал им заниматься. Современное телевидение утратило важный образовательный аспект, который был в советское время. Кино утратило художественность и автора, а театр без автора невозможен. Автор — режиссер, драматург — основа театра, и сегодня это единственное место, где автор остался. Кино — более примитивный вид искусства. Там можно все перемонтировать, переозвучить. В театре, если ты не видишь всю историю от начала до конца, спектакль не получится. Кино снимает один человек, а театр все-таки ближе к коллективному творчеству. И если у тебя нет единомышленников, заниматься им невозможно. В кино актер находится в состоянии обмана: его легко обмануть и нужно обманывать режиссеру. В театре артиста обмануть нельзя. Он должен каждый день выходить на сцену. Ты должен выстроить с ним и свои отношения, и роль. Артист должен понимать, куда движется его персонаж и весь спектакль. Это ведь ему каждый вечер выходить на сцену перед зрителями и играть. С приходом в «Модерн» я изменил свое отношение к актерам в лучшую сторону. Хотя и избалован хорошими актерами, работал и с Алексеем Петренко, и с Людмилой Максаковой, и с другими мастерами, но я стал относиться к артистам гораздо лучше, когда начал заниматься театром. Теперь могу простить им многое из того, чего раньше не прощал. Даже какую-то подлость. Я стал понимать, в каком постоянном напряжении, в каком стрессе и ситуации борьбы за роли они живут.

Возвращение полковника Исаева

— Одна из ближайших премьер вашего театра — «17 мгновений весны» Юлиана Семенова. В чем для вас актуальность этого материала?

— Для меня это история про день сегодняшний, абсолютно современная. Это пограничная ситуация: война практически выиграна, 1945 год, но фанатизм гитлеровской Германии, армии номер один на тот момент, абсолютно непредсказуем: даже в этот период она ведет тайные переговоры с Западом, представлявшие реальную угрозу. Запад всерьез обсуждал объединение с Гитлером и совместное нападение на Советский Союз. И это раскрыл в том числе и главный герой книги Юлиана Семенова — Исаев. Тот же Черчилль говорил: «Сталин — это крокодил, который откусит пол-Европы». Этого не произошло, разведка Аллена Даллеса провалилась, но он был такой в ЦРУ не один. «17 мгновений весны» не самый мой любимый фильм. Прекрасный режиссер Татьяна Лиознова добавила в историю мелодраму. У них были с Юлианом Семеновым конфликты по этому поводу. Заслуга режиссера в том, что она показала, что образованные люди из хороших семей превратились в монстров. Так что «17 мгновений весны» — это совершенно актуальная и современная история «дружбы» Запада против России и его глобального непонимания нашей страны.

Автор: Валентин Пепеляев, фото: Антон Степанищев

Источник