Версия для слабовидящих: Вкл Выкл Изображения: Вкл Выкл Размер шрифта: A A A Цветовая схема: A A A A
21 мая 2018
Грымов: Я запретил произносить в театре «невозможно» и «прости»
Записаться

Юрий, здравствуйте! Как дела, как настроение?

- Настроение хорошее. Вообще, глупо просыпаться с плохим настроением. У меня такого не бывает. Надо сразу договориться с собой и сразу улыбнуться.

Вы – руководитель Московского драматического театра «Модерн». Наверняка в театре, как на любом большом предприятии, бывают какие-то проблемы? Вот, Вам позвонили с утра и загрузили…как быть?

- Я не унываю в таких ситуациях, потому что опытный и много чего в жизни делал своими руками. Я – производственник. Я не разговариваю, как наши политики о лучшей жизни, а произвожу. И все сложности, которые возникают с канализацией, звуком или репетициями, не считаю поводом для грусти.

Это с жизненным опытом пришло?

- Да. Раньше я подключался к проблеме и мог даже расстроиться. Потом поймал себя на мысли, что все это абсолютная ерунда. Я запретил в театре произносить слово «невозможно». У кого-то это получается.

А из сценариев вы тоже убрали эту фразу?

- Мы, конечно, шутим на эту тему. Главное, исключить из своей жизни эту программу: нельзя, не могу, не получится. А еще я запретил слово «простите», потому что для многих людей оно не несет никакого смысла. Люди думают, что можно сказать «простите» и это решит все проблемы – нравственные, эмоциональные… Я против этого.

Расскажите о премьере, к которой сейчас готовится театр.

- С июня на нашей сцене будет выходить спектакль «На дне» по Горькому. В этом году писателю 150 лет, и для меня, как для режиссера, его пьеса из школьной программы стала открытием. Для прочтения эта пьеса – крайне тяжелая. Но в том и гений Горького, что на сцене его произведения превращаются в плоть, в яркие характеры, знакомые люди. Это уникальный автор.

А как Вы относитесь к аудиокнигам?

- В последнее время это стало очень модным. Есть хорошие аудиокниги, но не все. У меня в театре замечательная труппа и многие актеры озвучивают эти книги. Получается интересно, но надо всегда смотреть, кто за такой работой стоит. Потому что без режиссера и звукорежиссёра ничего приличного не получится. Я бы попробовал себя в качестве режиссера аудиокниги. Мне интересен этот опыт.

Вы очень тепло отзываетесь о своей труппе. А существует ли между московскими театрами спортивная конкуренция, борьба за зрителя?

- Я много думал на эту тему, потому что руководство театра – это не только постановки. Это подбор репертуара, политическая составляющая (не путать с политикой), стратегия… Я уверен, что в Москве все театры делят одного и того же зрителя. Сегодня люди ушли от телевизора и пошли в музеи и театры, им это нравится. Но в России, по статистике, приобщается к искусству всего 7% населения. Для сравнения: в Англии – 30 % жителей ходят в театры. Самое интересное, что в России, и это большое завоевание СССР, огромное количество театров. В одной только Москве 86 московских театров и 9 театров федерального значения. Это уникально. Нигде в мире такого нет. А ходит в театры всего 7 %.

Есть категория людей, которая не разбирается ни в искусстве, ни в театре, но старается везде попасть…

- Для этого есть рекомендации, ток-шоу, статьи журналистов. Я считаю, что 21-й век вообще очень нуждается в рекомендациях, потому что в информационном поле такой поток шлака, в котором можно утонуть. Поэтому важно рекомендовать книгу, спектакль, автора или режиссера, актерский состав.

Мнение критиков часто бывает «купленным»…

- Это правда. Я несколько лет назад почувствовал в себе потребность высказываться по поводу фильмов, книг. Сделал на сайте рубрику «Рекомендации» и туда публикую рецензии, порой даже очень жесткие, на ту или иную картину.

А возможно при просмотре отключить в себе режиссера? Или это уже профессиональное и никак не переключиться?

- Возможно, конечно. Нудный, придирчивый режиссер выключается на счет раз, если это талантливая работа. Я так же начинаю переживать, глотать слезу. А есть вещи, когда я не отключаюсь, но искренне восхищаюсь.

Есть мнение, что комедию поставить гораздо сложнее, чем драматический спектакль. Это так?

- Не согласен. Я даже в драмах часто использую комические вставки. Заставить людей ржать – легче, чем заставить их улыбнуться. Драма тоже требует определенных усилий и актерского дара. Сегодня так бездарно снимают фильмы о войне, что на этих картинах никто не плачет. А если вы посмотрите «Отец солдата» или «Они сражались за родину» - вас разорвет. Сегодня фильмы снимать «понарошку». Я это ненавижу и неприемлю.

А как в театре с возрастными ограничениями?

- Дурдом! Мне для спектакля «На дне» приходится ставить маркировку «16+», потому что «насильственная смерть» - актер в одной из сцен вешается! А у нас они еще и покуривают! А ведь это школьная программа. После отпуска мы начнем репетировать «Войну и мир».

Слушатели спрашивают: считаете ли Вы себя причастным к формированию «клипового мышления» у современного поколения?

- Клиповое мышление формировалось очень давно. Основу под него заложил еще Эйзенштейн. Если говорить о моей причастности к продолжению этого формирования – да, я причастен. Я как раз тот самый «мистер Зло».

Как вы обращаетесь к актерам труппы: по имени и отчеству, просто по именам или по прозвищам?

- По именам, по прозвищам. У меня, к примеру, есть актер «Саша-Мать». Прозвище связано со спектаклем «О дивный новый мир», в котором он задействован. Я, к сожалению, потаю имен актеров.

Как происходит оформление сцены и как решается вопрос с бутафорией?

- У нас один из лучших бутафорских цехов. Иногда я сам выступают художником-постановщиком. Мне это нравится, мне это близко. Музыку я так же подбираю ко всем спектаклям.

Новые технологии Вы используете?

- Конечно! Я фанат новых технологий. Сегодня у нас в театре световое оборудование лучшее в мире, самое современное. А сегодня у нас на большой сцене начинается инсталляция нового звука.

Насколько в театре важен звук?

- В моей концепции театра он необходим. У меня всегда очень много музыки, при этом мы не нарушаем авторские слова, платим процент в РАО. И я могу брать любую музыку мира. Но для кино брать музыку безумно дорого. У меня в картине «Три сестры» звучит «Wish You Were Here» Pink Floyd. Мы не смогли договориться об использовании песни, поэтому написали стилизацию - ноты изменили, но все понимают, что вроде бы оно. Вы будете смеяться, но этот трек поделен по каждой секунде. Одна из них принадлежит одному музыканту, другая – другому, они все поругались, не общаются… А еще есть студия, которая требует подписи всех музыкантов. Как-то так.

В театре существует авторское право?

- Очень условно. Я, конечно, не хочу себя сравнивать с Толстым, которые написал книги и сказал: «Забирайте. Не нужны мне авторские». Но получать авторские режиссеру разрешили только в 2018 году.

Напомним, в апреле на кинофестивале «Литература и кино» в Гатчине был отмечен несколькими призами фильм Юрия Грымова «Три сестры».

Источник: Информационное агентство «Национальная Служба Новостей (НСН)».

Внимание!
Дресс-код!
В нашем театре на вечерние спектакли принят дресс-код «cocktail» и близкие к нему «formal», «after five». Для мужчин – это костюм или пиджак, возможен вариант без галстука, для женщин – платье или нарядный костюм с брюками или юбкой. В одежде спортивного стиля вас не пропустят в театр! :( Надеемся на ваше понимание.